Варламов Александр Егорович

Страна: 
Россия
Годы жизни: 
1801 - 1848
Стиль: 
русская классика

"Музыке нужна душа"
А.Е.Варламов

Варламов вошел в историю русской музыки как автор более 200 романсов, лучшие их которых звучат и поныне. В образах его вокальной лирики - то страстно порывистых, то романтически задумчивых, порой наивно-сентиментальных,  – запечатлелись «движения души» современников, их возвышенные чувства и мысли, их отношение к миру и друг другу.

Нестареющие  шедевры Александра Варламова – «Красный сарафан»,  «На заре ты ее не буди», «Белеет парус одинокий», и целый ряд других – эти своеобразное зеркало музыкальной жизни России первой половины XIX века. Именно тогда зародился феномен русского бытового музицирования. Любой городской дом той эпохи, будь то скромная квартира служащего или пышные апартаменты вельможи, был наполнен звуками музыки, любовь к которой питали все без исключения сословия.

Варламов писал романсы на самые разные тексты – от классической поэзии Лермонтова и Фета до поэтов-песенников Кольцова, Цыганова и Тимофеева. Ряд сочинений создан им на собственные слова.

Романс мог родиться экспромтом «на глазах» у публики. Его современнице А.Я.Панаевой запомнился такой эпизод: «…с книгой он отправлялся в зало, садился за фортепиано и сочинял музыку… Через некоторое время Варламов являлся в комнату, где мы сидели. И пел свой новый романс, уже положенный на ноты». Часто он импровизировал свои романсы, а потом уж записывал их на бумагу. «Чтобы передать свою песню на бумаге так, как она была пропета, стоило бы великих трудов и едва ли достало бы всех условных музыкальных знаков», - отмечал другой его современник, имея ввиду его самобытную манеру пения, исключительно богатую палитру исполнительских оттенков.

Свои занятия композицией Варламов воспринимал как нечто второстепенное. «Он не считал себя композитором – он был певец, хотел только петь», - и весьма  преуспелв этом. Варламов удивительно хорошо, с благородной интонацией исполнял и свои, и народные песни. В газетной рецензии того времени читаем: «Если вы не слыхали, как поет русскую песню Варламов, мы скажем вам, что он поет их просто, как искони поется у нас на святой Руси наша родная песня…» Кстати, за границей он категорически отказывался петь в концертах свои любимые русские песни, считая, что иностранцы, не зная русского языка, не поймут их истинного характера.

Сам композитор был родом из семьи мелкого чиновника – он хорошо знал и прекрасно чувствовал интонации городской песенной культуры, увлекался обработками народных мелодий. И потому его собственные сочинения также звучат очень по-русски. Многие миниатюры А.Е. Варламова, (также как и его современников - А.А. Алябьева и А.Л. Гурилева) исследователи даже относят к особому жанру камерной вокальной лирики – «русской песне», – настолько органично и естественно они продолжают и развивают интонации и образный строй народно-песенного фольклора. Не удивительно, что многие варламовские напевы «утратили авторство» и стали считаться народными.

«Мелодии его…, - писал впоследствии А.С.Фаминцын, - по большей частью замечательные народностью, ясные, легко доступные… быстро расходились по всей России. Имя Варламова принадлежит к числу имен, пользовавшихся не только народной известностью, но и народной любовью».

В период засилья второсортной «итальянщины» в светских салонах обеих российских столиц, Варламов оставался верен отечественной культуре. Современники называли его выступления русскими народными концертами, и популярность его как артиста и учителя пения с годами только росла. Сын композитора вспоминал: «Уже с раннего утра толпились лакеи из богатых и аристократических домов Москвы с приглашениями на уроки или вечера, где он был желанным гостем как отличный исполнитель своих сочинений. Когда Варламов бывал у князей Вяземских или Шиловских, устраивался настоящий раут, и оповещались все знакомые…»

У него не было какого-то особенно большого и красивого голоса, но публику привлекала неповторимая, трогательная и искренняя манера варламовского исполнения. Нередко и слушатели не могли сдержать слез, да и сам артист, например, во время первого исполнения своего романса «Доктор», сочиненного экспромтом. «Он плакал, и плакал горько», - вспоминает очевидец.

Лирический склад дарования Варламова тонко охарактеризовал Аполлон Григорьев: «Лирики… все равно, что певцы. У одного большой и отлично обработанный голос, но петь ему нечего, и его песни – академическое показывание сил или этюды. У другого – голос небольшой, но в этом голосе есть глубоко симпатические ноты, и что он поет, то чувствует, и потому его однообразные звуки действуют на слушателей сильно… Так пел покойный Варламов… пел, и глубоко западали в душу его песни…»

Конечно, романсы Варламова звучали не только в авторском исполнении. Тьму восторженных поклонников имела Прасковья Арсентьевна Бартенева – великосветская салонная исполнительница, произведенная за свои музыкальные заслуги в камер-фрейлины и придворные певицы.

На протяжении многих лет искренней поклонницей композитора была знаменитая Полина Виардо, которая также с большим наслаждением пела его романсы. Великосветская хроника писала: «Мы были свидетелями, как она обрадовалась, встретив случайно в одном доме г-на Варламова: она тотчас села за фортепиано и пропела его «Сарафан» и «Соловья» (романс «Ты не пой, душа, девица»), заставив его вторить себе…». Данный романс  он посвятил ей под впечатлением от исполнения алябьевского «Соловья» и каждый его куплет заканчивается цитатой: «Соловей мой, соловей…»

С большим интересом к творчеству Варламова относился Ф.Лист, который некоторое время «… почти жил у Варламова, а после так его заслушался, что опоздал на почту – дилижанс уехал, и Лист остался еще на неделю у Варламова». Но в срыве петербургских гастролей Листа, - пишет С.В. Яковенко, - был, по-видимому, «повинен» не только Варламов, но и его друзья – цыганские артисты. В свою книгу «Цыгане и их музыка в Венгрии»  Лист ввел главу «Московские цыганки», с творчеством которых, возможно, именно тогда и познакомился.

Знаменитый «Соколовский хор у Яра» и его солисты, включали романсы в свой репертуар. И многие мелодии Варламова уже тогда звучали в самобытной цыганской манере исполнения. Наверное, можно говорить о некоем родстве душ «…представителей древнего кочевого племени и русского композитора Александра Варламова, который возможно, как никто другой из наших музыкантов, чувствовал и любил  непосредственность, абсолютную искренность и силу страсти музыкального высказывания цыганских исполнителей» - отмечает Яковенко.

И, конечно, цыганским певцам всегда сопутствовала гитара. Отдал дань гитарной традиции, близкой цыганской стихии, и Александр Варламов, отлично владевший этим инструментом. Не случайно, многие его романсы особенно задушевно звучат в сопровождении этого замечательного инструмента.

Краткий биографический очерк

Саше не было десяти лет, когда он поступил (4 февраля 1811 года) в придворную певческую капеллу на партию дисканта. Благодаря красивому голосу и общей музыкальности мальчика скоро сделали солистом, и он не раз выступал в концертах. Таким образом, Варламов пошел в своем музыкальном воспитании по стопам прежних знаменитых питомцев капеллы, таких как Марк Полторацкий, Максим Березовский, Дмитрий Бортнянский, учеником которого ему посчастливилось сделаться в капелле.

Д.С. Бортнянский в то время был уже «директором вокальной музыки и управляющим придворной капеллой». Саша Варламов обратил на себя внимание Бортнянского игрой на скрипке, которой он обучился самостоятельно, не зная нот. Бортнянский посоветовал ему учиться по нотам и, по-видимому, помог организовать это обучение.

Будучи превосходным знатоком голоса, Бортнянский, сам обладавший в детстве отличным дискантом, руководил обучением Варламова пению и часто показывал ему, как надо спеть ту или иную фразу, говоря: «Вот так лучше спой, душенька!» «И вдруг 70-летний старичок возьмет фальцетом и так нежно, с такой душой, что остановишься от удивления», - вспоминал о нем Варламов.

В 1817 году юноша был переведен в «большие певчие с чином 14 класса». Мутация наступила у него около 16 лет, и голос его перешел в тенор; в течение 6 лет у него сохранялся дискант, - случай очень редкий в развитии детского голоса.

В 1819 году Варламов был назначен учителем пения (регентом) в русскую придворную церковь в Гааге (Голландия). За границей будущий композитор слышал оперу, познакомился с музыкой Моцарта, Гайдна, Бетховена и Россини. Он с большим успехом выступал в концертах в качестве певца и гитариста, познакомился с выдающимися европейскими вокалистами и, видимо, почерпнул от них некоторые сведения в искусстве пения.

Вернувшись в 1827 году в Петербург, Варламов стал хлопотать о поступлении в капеллу на должность учителя пения. Здесь он прослужил до 1831 года в качестве помощника учителя, а затем перешел в Москву на место помощника капельмейстера московских казенных театров и «классного композитора».

В свободное от службы время Варламов занимался композицией и вокальной педагогикой, давая частные уроки пения. Уроки его хорошо оплачивались. Этому успеху немало содействовали выступления в качестве певца не только на званых вечерах в аристократических домах, но и в публичных концертах в качестве дирижера и певца-исполнителя собственных романсов (так называемые «Весенние концерты»).

Последний такой концерт был в Петербурге весной 1847 года за несколько месяцев до смерти композитора.

Использованная литература:

  • Багадуров В.А. Варламов как певец и вокальный педагог. // Вст. статья к изданию А.Е.Варламов «Полная школа пения». М., 1953.
  • Рапацкая Л.А. История русской музыки. От Древней Руси до "серебряного века". М., 2001.
  • Яковенко С.Б. Русский романс XVIII- XIX веков. Творцы и интерпретаторы. М., 2012
Полезные сслыки
  • Биография А.Е.Варламова >>
  • Очерк о жизни и творчестве композитора >>
  • Краткая биография и список основных произведений >>
  • Интересные факты из жизни композитора >>
Материал по теме: