Иван Сусанин

Рейтинг: 
Средняя оценка: 4 (22 голоса)
Жанр: 
опера
Стиль: 
русская классика
Композитор: 
Глинка М.И.
Период (век): 
XIX
Страна: 
Россия
Класс: 
3
4
5
Опера М.И.Глинки

"Что развивается в трагедии? Какая цель ее?
Человек и народ. - Судьба человеческая, судьба народная"

А.С.Пушкин
 

В истории национальной культуры есть события, определяющие ее судьбу на десятилетия вперед. Такой исторической вехой было создание «Ивана Сусанина». Опера вошла в историю как первая глубоко реалистическая народная музыкальная драма, с небывалой дотоле глубиной поставившая и решившая проблемы соотношения героя и народа.

Впервые опера была исполнена 27 ноября 1836 г. на сцене Петербургского Большого театра и прошла с большим успехом. Вот какие слова были помещены по этому поводу в журнале "Московский наблюдатель":

«У нас давно уже явилась потребность национальности в музыке… Глинка глубоко вникнул в характер нашей народной музыки, подметил все ее особенности, изучил, усвоил ее и потом дал полную свободу собственной фантазии, которая приняла образы чисто русские, родные. Слушая его оперу многие замечали в ней что-то известное, старались припомнить из какой русской песни взят тот или иной мотив, и не находили оригинала... В его опере нет ни одного заимствованного мотива; но... в них мы слышим родные звуки. Мы до сего времени никогда не слыхали русской музыки в возвышенном роде – ее создал Глинка… Кажется теперь наступает пора, когда Россия должна представить Европе плоды своей духовной жизни… Европа удивится этой новой, неслыханной ею мелодии. Если не поймет ее тотчас, сумеет оценить впоследствии…».

«Богатый своим талантом, он (Глинка) доказал блистательным опытом, что русская мелодия, естественно, то заунывная, то веселая, то удалая, может быть возвышена до трагического стиля. С оперою Глинки является то, чего давно ищут и не находят в Европе — новая стихия в искусстве, и начинается в его истории новый период: период русской музыки. Такой подвиг, скажем, положа руку на сердце, есть дело не только таланта, но гения!» Так писал вскоре после премьеры оперы В.Ф.Одоевский. Сегодня это хрестоматийная истина, оспаривать которую никто не станет. Но полтора столетия тому назад угадать настоящее значение оперы Глинки было делом выдающейся чуткости - и музыкальной, и гражданской, и человеческой.

Однако, не обошлось и без "ложки дегтя". В "Северной пчеле" влиятельный тогда журналист Фаддей Булгарин поместил две критические статьи, а некоторые из аристократов (привыкшие к европейскому образцу оперных спектаклей) назвали оперу "кучерской музыкой", на что сам композитор философски заметил, что "... это хорошо и даже верно, ибо кучера, по-моему, дельнее господ".

Первая опера Глинки и впрямь никак не походила на своих западных современниц. Она настолько не укладывалась в привы­чный итало-французско-германский стандарт, что казалась великосветской публике неудачной. От оперы привыкли ждать роскошных костюмов и виртуозных арий. А тут - мужицкие одежды, да к тому же в громадном количестве, так как на сцене почти все время присутствует хор. Солисты на его монументальном фоне - как немногочисленные узкие окна в стенах православного храма.  (...)  Т.В.Чередниченко считает, что в этой опере, в сущности, вообще нет солистов в западном смысле слова - солистов-«характеров».... Сольные партии в «Жизни за царя» - это партии семьи: отца - Ивана Сусанина, его дочери Антониды, ее жениха, будущего зятя Сусанина - Богдана Собинина и приемного сына Сусанина - Вани. В смысловом отношении этот ансамбль солистов составляет род, почти народ, т.е. почти хор.

Этот «малый хор» в опере предстает на пути к единству: Антонида и Собинин должны повенчаться. Единства ожидает и «большой хор»: в конце оперы первый Романов - Михаил - венчается на царство. Сусанин, отец, стоящий в центре «малого хора», и сын отчизны, стоящий в центре «большого хора», тоже идет к «венчанию» - идет, спасая царя, своим «крестным путем» (в предсмертной арии Сусанина слова «мой крестный путь» в мелодии подтверждены эмблематическими мотивами креста, как слова Христа в пассионах и кантатах Баха).

Чередниченко также обращает внимание  на редко упоминаемые факты. В частности, Сусанину в момент мученической смерти, по мысли Глинки, 33 года. В черновиках партитуры Глинка сокращал имя главного героя так: И.Сус. 33-летнего Иисуса Христа его крестный путь привел к «невесте Христовой» - Церкви. Когда глинкинский И.Сус ожидает свой последний рассвет в заснеженном лесу в виду дремлющих врагов, его приемный сын и полный тезка мчится к монастырю и стучится в ворота церковной обители, где укрывается от врагов будущий царь.

Три венчания: семейное, государственно-народное и церковное переплетаются в опере. И когда в гениальном эпилоге трио осиротев­ших детей Сусанина оплакивает отца, его обрамляет один из самых монументальных хоров во всей истории музыки - народный торжеству­ющий хор, приветствующий восшествие на престол царя: «Славься, славься Святая Русь». Скорбь и ликование сливаются в соборной исторической истине - в горизонте святости / Т.В.Чередниченко/

"Иван Сусанин" и 1812 год

Несомненно, детские впечатления от нашествия французов, стали отправной точкой для художественной фантазии композитора. В 1812 году Смоленщина оказалась на пути армий Наполеона. В Новоспасском шли бои, и священник, крестивший в свое время маленького Мишу, и научивший его читать - возглавил оборону местной церкви.

В окрестных лесах воевали партизанские отряды смоленских крестьян. Многие дворяне рода Глинок - близкие и дальние родственники композитора - служили в действующей армии и также участвовали в сражениях.  По возвращении в разоренную врагами усадьбу, впечатлительный мальчик, несомненно, слышал много рассказов о героических событиях Отечественной войны от их непосредственных участников.

По аналогии с событиями 1812 г. Глинка и борьбу ополченцев 1612 г.  изображает как общенародное дело. Героический поступок Ивана Сусанина - не исключение, но, напротив,  обобщение народного характера. Даже подросток Ваня показан как будущий Сусанин - он тоже горит жаждой подвига.

История создания

Весной 1834 г., получив известие о кончине отца, Глинка вернулся из-за границы на родину с твердым намерением писать оперу на отечественный сюжет.

В Петербурге композитор постоянно посещал вечера В. А. Жуковского, который жил тогда в Зимнем дворце. У него еженедельно собиралось избранное общество, состоявшее из поэтов, литераторов и вообще "людей, доступных изящному". Среди них были Пушкин, Гоголь, князья Вяземский, Одоевский, Виельгорский и другие... Гости читали вслух, "диспутовали", музицировали.

"...Когда я изъявил свое желание приняться за русскую оперу, Жуковский искренно одобрил мое намерение и предложил мне сюжет "Ивана Сусанина". Сцена в лесу глубоко врезалась в моем воображении; я находил в ней много оригинального, характерно русского. Жуковский хотел сам писать слова, но ... занятия не позволили ему исполнить своего намерения, и он сдал меня в этом деле на руки барона Розена, усердного литератора из немцев.

Мое воображение, однако же, предупредило прилежного немца, - как бы по волшебному действию вдруг создался и план целой оперы, и мысль противупоставить русской музыке – польскую; наконец, многие темы и даже подробности разработки – все это разом вспыхнуло в голове моей"

Барон Розен ретиво приступил к делу, и, из уважения к В. А. Жуковскому, мне нельзя было избегнуть его содействия. ...  Жуковский, хотя и не писал либретто, не изменил, однако ж, внимательному участию в труде моем; он объяснил машинисту и декоратору Роллеру, как устроить эффектно последнюю сцену в Кремле, вместе ездили мы в мастерскую (atelier) Роллера. ... Успех вполне увенчал дело, и в последней сцене вырезанные из картона разнородные группы отдаленной толпы превосходно обманывают зрение и кажутся продолжением оживленной толпы народа, стоящего на авансцене. /Из воспоминаний М.И. Глинки/

В книгах советского периода первого либреттиста оперы усердно ругали. Цитата из Глинкинских записок: "Ви нэ понимает, это самый лутший поэзия" - приводилась в доказательство его поэтического "несоответствия" выпавшей на его долю высокой миссии. Но сегодня очевидно, что в той ситуации, в какой оказался барон Розен, мало кто из литераторов вообще смог бы работать. Ведь "большая часть не только тем, но и разработки пьес были сделаны, и ему надлежало подделывать слова под музыку, требовавшую иногда самых странных размеров". И трудно представить себе в такой роли великих поэтов того времени, таких как Жуковский или Пушкин. Про барона же ходили чуть ли не легенды о том, насколько ловко он это делал. Жуковский и другие в насмешку говорили, что у Розена по карманам были разложены вперед уже заготовленные стихи (...)

В связи с созданием текста оперы, Одоевский упоминает следующие подробности: "я брал мелодию Глинки… и, соображаясь с его намерениями, выставлял ударения на нотах, стараясь дать метру какой-нибудь возможный образ и стараясь сохранить все мелодические изгибы (...) Прибавлю к этому певческие прихоти композитора: иную фразу он находил нужным начать на гласной «а», другую – на гласной «о», здесь надобно было вынуть несколько согласных, один стих сократить, другой продолжить и проч.(…) По этим метрам и по данной мысли, выражаемым музыкою, барон Розен написал большую часть стихов, находящихся в опере, некоторые только сцены были написаны им прежде музыки".

Обладая несомненным даром версификатора, Розен своим верноподданническим рвением во многом способствовал и благожелательной оценке оперы со стороны властей. Император лично поздравил композитора после премьеры.  Особая честь  была суждена опере и в последствии. В дореволюционой России "Жизнь за Царя" давали по "Царским дням" - то есть в дни рождений членов царской семьи, на открытии сезонов императорских театров, по другим торжественным случаям.

С другой стороны, уже современники отмечали этот крен в угоду царской власти как существенный недостаток оперы. И.С. Аксаков в письме отцу отмечал, что "...официальность, которую дают этой опере, как-то опошляет и мысль о ней. Это очень жаль, и мешает понимать эту прекрасную, вполне русскую оперу"...  Откровеннее всех высказался В.П. Энгельгардт: "К несчастью, глупый либреттист слишком постарался и испортил текст слишком частными выходками ложного квасного патриотизма. Исправить это следует непременно, иначе гениальная опера "Жизнь за царя" будет обречена на забвение". Но эта проблема не так проста. Переплетение высокого истинно народного начала и внешне-официального патриотического статуса создало довольно сложный контекст для глинкинской оперы.

Первая постановка

8 апреля 1836 года Михаил Иванович Глинка написал прошение о принятии его оперы для постановки на сцене императорского петербургского театра. К этому времени "Иван Сусанин" уже был в основном выучен оперными солистами под руководством автора. Сам большой знаток вокального искусства, он и певцам умел кратко и доходчиво объяснить, что от них требуется. Без сомнения, в дни репетиций "Ивана Сусанина" рождалась не только русская классическая музыка, но и русская школа пения.

Среди певцов лучше всех оказались бас О.А. Петров, для которого предназначалась партия Сусанина, и, в особенности, молодая певица А.Я. Воробьева, контральто (Ваня). "Это редкая певица - говорил Глинка - такие голоса появляются на сцене веками. Надо беречь ее как драгоценность!" Увлеченный талантом Воробьевой, Глинка расширил партию Вани в эпилоге, поручив ему рассказ о гибели Сусанина (первоначально в либретто о ней повествовала Антонида). А через год после премьеры в опере появилась новая сцена - Ваня перед Ипатьевским монастырем.

Начавшиеся репетиции с хором и оркестром также шли удачно. "Когда стали играть хор гребцов, в котором оркестровка струнных инструментов так натурально изображает игру нескольких балалаек, то музыканты пришли в неописанный восторг, что и выразили автору единодушными аплодисментами" - вспоминала потом А.Я. Воробьева.

Глинка вспоминает: "Решено было дать мою оперу на открытие театра по возобновлении (Большой театр в Петербурге был в это время в переделке), и поэтому начали производить пробы на сцене Большого театра. В это время отделывали ложи, прибивали канделябры и другие украшения, так что несколько сот молотков часто заглушали капельмейстера и артистов".

В обществе распространились слухи о предстоящей постановке новой русской оперы, музыка которой была выдержана "на отечественный лад". Премьера была назначена на 27 ноября - по преданию день гибели Ивана Сусанина.

"Я был вчера на открытии театра - вспоминает А.И.Тургенев - ставили новую русскую оперу "Семейство Сусаниных" композитора Глинки, и все было превосходно: постановка, костюмы, публика, музыка и балеты. Ложи были украшены нарядными женщинами...."

В течение трех месяцев "Жизнь за царя была дана 18 раз и билеты на ее представление брались с боя.

"Великолепный спектакль эпилога, представляющий ликование народа в Кремле, поразил меня самого; Воробьева была, как всегда, превосходна в трио с хором. Успех оперы был совершенный, я был в чаду и теперь решительно не помню, что происходило, когда опустили занавес. Меня сейчас после того позвали в боковую императорскую ложу. Государь первый поблагодарил меня за мою оперу..." /М.И.Глинка/

На следующий день композитор пишет письмо: "Милая и бесценная маменька! Вчерашний вечер свершились наконец желания мои и долгий труд мой был увенчан самым блистательным успехом. Публика приняла мою оперу с необыкновенным энтузиазмом, актеры выходили из себя от рвения…Надобно отдать справедливость Гедеонову (директору императорских театров), что он обставил оперу с необыкновенным вкусом и роскошью..." Через месяц, как бы подводя итоги он продолжает: "Теперь, после 6 представлений, я решительно могу сказать, что успех превзошел все мои ожидания, и опера моя все более и более нравится публике... Всеми единодушно я признан первым композитором в России..."

Успех действительно был очень большим, но все же не безусловным и далеко не всегда основанным на истинном понимании Глинкинского шедевра. Для многих серьезная строгость стиля оперы оказалась слишком непривычной. / С.Савенко /

Катерино Кавос

"Иван Сусанин" - отнюдь не первая русская опера. Более того, даже этот сюжет уже фигурировал на сцене русского императорского театра. В 1815 году увидела свет рампы двухактная опера К.Кавоса "Иван Сусанин", написанная на текст известного драматурга А.Шаховского. Она долго держалась на  сцене и, по отзывам современников, была весьма любима публикой. Опера была выдержана в комическом, бытовом жанре и вместо гибели героя заканчивалась благополучным его спасением.

Любопытно, что именно Кавос по долгу службы в императорском театре готовил оперу Глинки к постановке и дирижировал спектаклем на премьере. Нотный копиист, переписывавший партитуру, вспоминал: "В мае месяце раз мне и сам старик Кавос сообщил: Ну-ка, любезный сынок мой, нам придется осенью новую оперу поставить: "Смерть за царя" господина Глинки" (опера была первоначально так озаглавлена). "И какой сюжет ея?" - спросил я... "Тот самый, какой содержится в моей собственной опере " Иван Сусанин". И Вы, господин Кавос, Вы протежировали ее?" - удивился я, слышав довольно часто про обычный характер итальянских музыкантов. Кавос добродушно засмеялся. "Все имеет свое время, сынок мой! Старые должны уступить место тем, кто моложе. А затем, продолжал он, - его музыка действительно лучше моей, и тем более, что высказывает истинно народный характер."

Сам Глинка пишет в своих записках: "Меня уверяли, что Катерина Альбертович Кавос... сильно интриговал противу меня. Время обнаружило противное, он более всех других убеждал директора поставить мою оперу, а впоследствии вел репетиции усердно и честно, сколько мог". Б.В. Асафьев же считал, что композитор сам намеренно распустил этот слух, а истинное отношение Кавоса к его музыке между строк сквозит в следующей цитате из глинкинских записок: "Кавос вел репетиции со свойственной ему деятельностью, только по привычке не соблюдал оттенков, в особенности pp никогда почти не выходило, а было что-то вроде mf. Равным образом он как-то не мог уловить настоящего темпа, а всегда брал его несколько медленнее или живее"

Сценическая жизнь оперы

Через 6 лет после премьеры  "Иван Сусанин" был поставлен и в московском Большом театре (1842). Опера имела огромный успех, несмотря на то, что здесь она ставилась с варварскими купюрами. Достаточно сказать, что увертюра Глинки была заменена увертюрой Иоганниса на тему царского гимна.

В Петербурге продолжали давать оперу по "табельным дням", но декорации и костюмы постепенно ветшали, а от былого "рвения" уже не осталось и следа. В 1855 году Глинка, посетивший "Ивана Сусанина", был так раздосадован небрежностью спектакля, что уехал не дождавшись окончания оперы.

Уже после смерти композитора опера "Иван Сусанин" выдержала множество представлений, среди которых были, безусловно, выдающиеся. Как большой художественный праздник было воспринято пятисотое представление в 1879 г. Чуть раньше - в 1866 г. "Иван Сусанин" был поставлен за границей - в Пражском оперном театре. Это было первое появление русской оперы за рубежом. За Прагой последовали Милан, Ганновер, Берлин, Лондон, Париж... В Ганновере постановку "Ивана Сусанина" осуществил выдающийся дирижер Ганс фон Бюлов.

Большим событием стал спектакль 21 сентября 1904 года в московском Большом театре. За дирижерским пультом стоял С.В.Рахманинов, главные роли исполняли Ф.И. Шаляпин (Сусанин), А.В.Нежданова (Антонида), Е.И.Збруева (Ваня)...

Но после революции 1917 г. царская тематика стала серьезным препятствием для дальнейших постановок. Поэтом С.Городецким было написано новое либретто, в котором сохранилась опора на глинкинскую музыку, но стихотворный текст претерпел изменения. Частично изменилась и сюжетная фабула. Вместо Ипатьевского монастыря, где находился царь и куда стремились поляки, чтобы его убить, появились Москва и Минин. От этого пострадала "географическая логика". Ведь если Ипатьевский монастырь находится в Костроме, и появление врагов в селе Домнино этим вполне объясняется, то дорога на Москву находится далеко от этих мест, и чтобы попасть в костромские леса, поляки должны были сильно ошибиться в пути еще до появления в доме Сусанина.

Но именно с текстом С.Городецкого оперу знает большинство российских зрителей. Впервые в этой версии она прозвучала в феврале 1939 г. в Большом театре Союза ССР. Символом победы стала постановка, осуществленная в мае 1945 г. В течение советского периода многие годы каждый сезон Большого театра открывался неизменно постановкой оперы М.И.Глинки "Иван Сусанин".

Сегодня можно услышать обе версии оперы. Поклонники первоначального либретто небезосновательно считают, что текст Розена, который создавался "под присмотром" Глинки, интонационно лучше соответствует его музыке. Сторонники обновленного текста отмечают избыточную перегруженность "Жизни за царя" верноподданническими тирадами, которые современному слушателю мешают воспринимать оперу.

Музыкальная драматургия оперы

"Иван Сусанин" Глинки - одно из замечательных произведений с ярко выраженной конфликтной драматургией. Композитор противопоставил "спокойствие, простоту и внутреннюю энергию русского действия, скромность деревенских одежд и ослепительный блеск польского бала, не опасаясь, что нарядность, праздничность окажутся сильнее и ярче. В процессе музыкально-драматического развития героика народная вырастает, а надменная пышность шляхты тускнеет, горделивые похвальбы сменяются стонами" / А.Гозенпуд/. Эта задача гениально решена Глинкой не только в сценическом, но и в интонационном плане. Он "счастливо умел слить в своем творении две славянские музыки; слышишь где говорит русский и где поляк; у одного дышит раздольный мотив русской песни, у другого опрометчивый мотив польской мазурки" / Н. Гоголь/

Разрабатывая план будущей оперы, Глинка начал с описания главных действующих лиц: «Иван Сусанин (бас) — характер важный; Антонида, дочь его (сопрано) — нежно грациозный; Собинин, жених Аентониды (тенор) — характер удалый; Сирота 13 или14-летний мальчик (альт) — характер простосердечный» Четыре характера — четыре ипостаси русской натуры.

Степенность («важность»), благообразие облика Сусанина естественно раскрываются в величавых оборотах его партии, напоминающей о фольклорном эпосе, старинных молодецких и солдатских песнях. «Роль Сусанина вообще написать как можно проще, ибо сила уже необходимо должна произойти от самого положения» - отметил Глинка в плане оперы.

Лирическое изящество мелодий Антониды возникает на интонационной основе городского романса и протяжной песни — но основа эта трансформирована условиями оперного жанра. Сложившаяся ранее других, партия Антониды, так же как и Собинина, отличается незаурядной виртуозностью, и петь ее должна настоящая колоратурная примадонна. Однако, колоратуры нигде не превращаются во внешнее украшение, что так часто случалось во времена Глинки.

Собинин — лицо героическое; теноровая бравурность приобретает у него оттенок чисто русского молодечества, бесшабашной удали.

Задушевность протяжной песни окрашивает партию Вани, особенно богатую широкими распевными мелодиями сдержанно-печального характера.

Герои-крестьяне в опере «Иван Сусанин» изъясняются истинно народным музыкальным языком не только в ариях, ансамблях и хорах, но и в более сводобных сценах действия, построенных также мелодически.

Сусанин — плоть от плоти русского народа, русской земли. Для Глинки это не отвлеченная идея, она воплощена в опере музыкально, в связях партии Сусанина с темами хоров. Знаменитое «Страха не страшусь, смерти не боюсь» - гордый ответ врагам — вырастает из начального крестьянского хора, тема финального «Славься» впервые появляется у Сусанина как провозвестник будущего победного ликования / С. Савенко /

Пожалуй, впервые в истории оперного искусства так рельефно и так правдиво нарисованы не отдельные герои, но целый народ, изображенный в хоровых сценах. Сам Глинка однажды обронил весьма нелестные слова о хорах современных ему опер: "Придут неизвестно зачем, пропоют неизвестно что, — а потом уйдут с тем же, с чем пришли…" Но в его опере все  как раз по-другому.

"Совершенство хоров в "Иване Сусанине" вызывает изумление. Не только в масштабности тут дело, а, безусловно, новым качеством оперного хора стал хор - образ народа, хор - не показная костюмная мизансцена, а действующая, влияющая на драматургию сила. Даже если не останавливать внимания на других хорах внутри действия, исключительными по силе и мастерству выглядят хоровые сцены, которыми начинается и заканчивается опера. "Словно прекрасным каменным поясом, которым окружали кремли древних городов, Глинка окаймил хоровой интродукцией и финалом "Славься" свой героический сказ о подвиге Сусанина" Эти заставка и концовка пронизаны музыкой радости, света и уверенностью нации в своих силах. / Б. Асафьев /

Фотогаллерея

Использованная литература:

  1. Глинка М.И. Записки. М.1988.
  2. "Иван Сусанин" М.И. Глинки. к 150-летию со дня премьеры. Вст. статья С.И. Савенко. М. 1986
  3. Чередниченко Т.В. Музыка в истории культуры. Т.2., М., - 1994
Полезные ссылки
  • Передача радиостанции "Орфей" об опере М.Глинки "Жизнь за царя" >>
  • Исторический контекст подвига Ивана Сусанина. Передача радиостанции "Орфей" >>
  • Кинофильм 1952 г. "Композитор Глинка". Фрагмент о премьере оперы "Иван Сусанин" >>
  • Опера "Иван Сусанин" в постановке Большого Театра (1979). В роли Сусанина - Е.Нестеренко. >>
Материал по теме: 

Разгулялися, разливалися

Хор из оперы М.Глинки "Иван Сусанин"

1-, или 2-х голосие с аккомпанементом

для 6-9 кл.